Здоровье23 июля 2021 14:32

В «ковидном» моногоспитале Тюмени скончался 93-летний фронтовик: следователи проводят проверку

Родные уверяют, что перед смертью он полдня пролежал на кушетке без одежды и внимания медиков
События минувшего месяца родные умершего описывают по дням и часам, они до последнего верили, что дедушке помогут. Казалось, помощь подоспела, но наутро пациент умер

События минувшего месяца родные умершего описывают по дням и часам, они до последнего верили, что дедушке помогут. Казалось, помощь подоспела, но наутро пациент умер

Фото: Предоставлено "Комсомолке"

Ветеран Великой Отечественной войны Николай Шмаков скончался 22 июля в областной клинической больнице № 1. 93-летний дедушка был бодрым и стойким. Еще на 9 Мая принимал поздравления с Днем Победы у своего дома в Заводоуковске, а 30 июня его положили на плановое лечение в больницу. По словам родственников, причиной ухудшения состояния ныне умершего стал не только коронавирус, которым дедушка заболел в медицинском учреждении, но и отношение медицинского персонала. Ветерана не кормили, толком не лечили и за ним не ухаживали, говорит родственница.

– У нас горе в семье, умер дедушка. Они обманывали нас, что всё хорошо. Нужно, чтобы все узнали о том, что творится в больницах, чтобы они не мучили больше стариков, – с этих слов начинается обращение тюменки Елены в редакцию «Комсомольская правды» – Тюмень».

Как заболел?

Татьяна Николаевна рассказывает об умершем папе, заливаясь слезами. В марте 2021 года Николай Иванович пережил инфаркт. Ему сделали операцию в ОКБ № 1 и на лето назначили плановую госпитализацию, чтобы поставить кардиостимулятор. 30 июня они приехали в больницу, папу госпитализировали с отрицательным результатом теста на COVID-19. Спустя время тест показал положительный результат, и врачи перевели Николая Шмакова в ковидное отделение ОКБ № 1. После медики решили перевезти ветерана в «Градостроитель».

– 5 июля родным сообщили, что ветерана нужно перевезти в моногоспиталь – в Ишим либо в «Градостроитель». Я умоляла, чтобы папу перевели в госпиталь для ветеранов войн, там он получал бы специализированную помощь кардиолога. Но сказали, что нельзя, так как он «легкий». Тогда я решила, что пусть везут в «Градостроитель», ближе к Тюмени. И 6 июля уже не было с ним связи, а 8 июля я сама легла в моногоспиталь «Надежда» с коронавирусом, – рассказывает Татьяна Николаевна.

Родственники уверяют, что у Николая Ивановича было два телефона, оба затерялись в санаториях. Удавалось дозвониться врачам, говорили, что он всё время спит.

– Я удивилась, это на него совсем не похоже. Он днем вообще не ложился, обычно работящий, энергичный. Думаю, ладно, может, от лекарств всё время спит. Я спрашивала, как он себя чувствует, мне отвечали, что хорошо. 16 июля папу перевели в санаторий «Жемчужный» и сказали, что состояние улучшилось. Звонил врач и сообщил, что, если будет отрицательный тест на коронавирус, папу выпишут. Но тест показал положительный результат, – вспоминает дочь ветерана.

Как лечили?

До поры родственники Николая Ивановича считали, что ему оказывают всю необходимую медицинскую помощь. Однако 20 июля вечером Татьяне Николаевне позвонил Сергей, бывший сосед по палате Николая Шмакова, который только что выписался из моногоспиталя. До госпитализации он сам себя обслуживал, содержал огород, вел нормальный образ жизни. По словам соседа по палате, ветерану не оказывали должного внимания: его не кормили, оставляя еду у изголовья постели, порой так же поступали и с таблетками. Могли долго не менять памперс, к которому дедушка вовсе не привык.

Сергей лежал три дня в одной палате с ветераном, помогал Николаю Ивановичу: кормил детским питанием, поил его, помогал пить таблетки и ходить в туалет. Однажды посреди ночи дедушка упал, пока шел в туалет. Когда Сергей понял, что надо бить тревогу, искать помощь извне «Жемчужного» санатория, то поискал в одежде фронтовика телефон и нашел в кармане его рубашки записку с номерами родных.

– Я выписался, а кто теперь за ним будет ухаживать? – задавался вопросом неравнодушный тюменец.

После этого родственники Николая Ивановича написали во все инстанции Тюменской области: омбудсмену по правам человека, в департамент здравоохранения, следственный комитет и даже губернатору региона в соцсетях.

За день до смерти

Родные просили, чтобы их отца и дедушку перевели в ОКБ № 1 и оказали специализированную помощь. На следующий день Николая Шмакова действительно перевели в ОКБ № 1. Татьяна Николаевна в этот же день выписалась из моногоспиталя «Надежда», где лечилась от коронавируса. Она приехала к отцу только к девяти вечера и не узнала его.

– Я долго искала его в палатах, никак не могла найти. Вдруг вижу, лежит на голой кушетке, раздетый, а там холодно, сквозняк. Он даже не узнал меня, мне кажется. Его привезли в больницу примерно в обед, и всё это время за ним никто не ухаживал. Его даже никто не покормил, не напоил, он просто лежал на кушетке всё это время, – плачет дочка фронтовика. – Я надела на него рубашку, постелила свою кофту на кушетку, нашла врача. Просила оставить с ним, я бы за ним ухаживала и помогала им как санитарка, но мне отказали. Я не могу себе простить, что ушла, надо было остаться, пусть бы полицию вызывали! Его так и бросили там в палате, и всё... (Плачет.) Я утром звонила, потом врач перезвонила и сказала, что он умер в восемь утра.

Женщина в отчаянии, она и ее внучки пытаются добиться проверки властей ковидного госпиталя. Татьяна Николаевна заявила, что, скорее всего, будет подавать в суд.

– В общем, его просто убили: его не кормили, не поили, у него ковида толком не было. Видимо, его довели до истощения. И даже не знаю, что там было в последнюю ночь, ведь соседа Сергея там уже не было. Надо прекращать это безобразие, – сетует женщина. – Мы хотим подавать в суд.

По обращению родственников умершего, департамент здравоохранения Тюменской области организовал внутреннюю проверку, сказала Татьяна Николаевна. Редакции kp.ru ведомство ответило:

– Ввиду закона о врачебной тайне не представляется возможным ответить на вопросы. Если родственники обращались официально, их обо всем уведомят в порядке ФЗ-59 об обращениях граждан.

ОФИЦИАЛЬНО

23 июля Следственный комитет по Тюменской области организовал доследственную проверку, по результатам которой следователи примут соответствующее процессуальное решение. Позднее проверку по инциденту о ненадлежащем оказании медицинской помощи 93-летнему ветерану Великой Отечественной войны, в результате чего он скончался, взял на контроль председатель Следственного комитета России, генерал юстиции РФ Александр Бастрыкин.

– Председатель следственного комитета дал поручение руководству территориальных следственных органов доложить о ходе проведения проверок по фактам нарушения прав пенсионеров и поставил их результаты на контроль в центральном аппарате ведомства, – сообщает пресс-служба СКР.

Свою проверку организовала и прокуратура Тюменской области.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Николай Иванович Шмаков родился 24 декабря 1927 года в деревне Верхний Манай Упоровского района Тюменской области в многодетной семье. В 1941 году после окончания шести классов средней школы, пошел работать в колхоз им. Кагановича разнорабочим.

– Он подростком был, когда началась война, работал наравне с женщинами в колхозе (мужчин в деревне не осталось, ушли на фронт). Работал почтальоном, разносил, в том числе похоронки и очень переживал, когда вручал. Работал пастухом, возил колхозные грузы на лошади. Потом его призвали, и он служил в Ялуторовске, их учили на артиллеристов, – рассказала дочь Николая Ивановича.

Он был призван в армию в ноябре 1944 года Упоровским райвоенкоматом. Был направлен в учебный батальон 104 Омского запасного полка, а далее – в Ленинград. В ноябре 1945 года был направлен в Эстонию для ликвидации бандформирований. Татьяна Николаевна по воспоминаниям отца рассказывает, что молодые бойцы Красной Армии жили в землянках, питались мороженой картошкой.

– После службы из-за голода у него была прободная язва, операция длилась семь часов. Потом он служил в Ленинграде, потом в Эстонии – в лесах вылавливали фашистских недобитков и полицаев. Потом после Победы служил в Германии. Наводили там порядок после войны. Всего служил семь лет, так как после войны мужчин осталось мало и их не отпустили домой, – поясняет дочка ветерана.

В июне 1951 года демобилизовался из ГДР в должности заведующего складом оптических приборов. Имеет медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.». Имеет звания ветерана Великой Отечественной войны и труда. С женой Лидией Сергеевной воспитали дочь, имеют двух внучек. Были женаты с 1955 года – в сентябре 2020 года отметили 65-летие совместной жизни.

А ЕЩЁ...

На прошлой неделе «Комсомолка» рассказывала о том, как от тюменцев 22 дня скрывали смерть их бабушки. Адель Шатило пролежала в морге три недели, а родственникам всё это время сообщали, что врачи борются за ее здоровье.

А в 2019 году проводилась проверка в тюменском пансионате ветеранов войны и труда на Минской, 86. Следователи и представители областного департамента социальной защиты ищут виновных в том, что 91-летнюю труженицу тыла похоронили в пакете, без омовения и одежды. Тогда же от общественности поступали жалобы на этот пансионат и его навестили члены Общественного совета при департаменте соцразвития Тюменской области.