Из хулигана – в мастера: как тюменец Игорь Рязанцев стал первооткрывателем нового стиля живописи и начал рисовать шприцемфото

Фото: «Комсомольская правда – Тюмень».

Слышали ли вы о таком стиле живописи, как филумизм (от латинского слова filum – нить)? Его открыл и запатентовал тюменский художник Игорь Рязанцев, который пишет картины под псевдонимом Rene Reza (имя Рене с французского переводится как «заново рожденный», Reza – первая фамилия и дворовая кличка Игоря). Сам мастер про себя говорит: «Если нормальный художник пользуется кистью, карандашом и фломастером, то я вооружаюсь десятикубовым шприцем».

В рамках проекта «Знай наших!», подготовленного «КП»-Тюмень», Игорь Рязанцев поведал нам, как ему пришла идея рисовать «нитями» и почему его главная цель – сохранить как можно больше своих картин, а не продать их.

Нити судьбы

Именно при помощи шприца Rene Reza создает свои необычные картины: нажимает на рукоятку поршня и выдавливает краску на холст. Основная концепция ноу-хау – всё взаимосвязано. Нити могут нас связывать с прошлым, настоящим и будущим, мать связана с ребенком, патриоты – с Родиной.

– В девять лет без моего желания родители отдали в детскую школу искусств, так как меня домой привел участковый, – смеется художник. – У меня стоял выбор: либо идти в балетную школу, либо в художественную. Я выбрал из двух зол меньшее. Странное дело, но мне понравилось. У нас был замечательный директор, который говорил: «Рисовальщиков миллионы, художников – единицы. Если хочешь им быть, создавай что-то новое». Эта фраза преследует меня всю мою жизнь, с детства, и только в 46 лет мне пришла идея рисовать шприцем. Патент на свою разработку я получил в 2011 году.

Нити из медицинского изделия укладываются слоями. Бывает, Игорь создает картины, на которых более 50 слоев нитей. Но для художника важен не столько способ рисования, сколько сказать миру что-то новое.

– Фишка современного искусства состоит в том, «кто первый сказал «мяу». Почему я патент получил? Не потому, что кого-то хочу обогнать, я просто внес миру новый стиль изобразительного искусства. Кто первым придумал кубизм? Пикассо? У него нет патента. А я его получил, и это говорит о том, что я – первооткрыватель филумизма.

По его словам, большинство художников пишет на белом холсте, но сам он – на черном, покрытом специальной грунтовкой. Нити получаются ярче. На одну картину размером 2х2 метра уходит тысяча шприцев. У Игоря никогда не было спонсоров, краску и инструменты для рисования он покупает на свои кровные.

Передача опыта? Ну уж нет!

Фото: «Комсомольская правда – Тюмень».

Свой опыт рисования шприцем Реза передавать никому не хочет. Ему много раз предлагали открыть школу, чтобы у филумизма были продолжатели, но художник против. И дело не в том, что ему жалко. Дело в этике.

– Вы много знаете учеников Малевича? Я – ни одного, хотя у него была армия слушателей. Совсем несложно создать на холсте движение геометрических фигур. Сложно это придумать. Будут ученики, которые будут в разы лучше, но они никогда не займут пьедестала. И брать учеников, обрекая их на вторые роли, неэтично. Второе: я не преподаватель, а художник. Мне надо создавать, а не учить.

А еще Игорь – противник бюрократии. Патент на свое изобретение он получал два года, намучился со сложными схемами, так что подача в Книгу рекордов Гиннеса так и осталась попыткой.

– Я подавал заявки в Книгу рекордов Гиннеса в номинации «Единственный в мире», но настолько намучился с получением патента, что плюнул на всё это. Возможно, когда-нибудь решусь и займусь, но пока я просто устал. Думал, всё это происходит быстро: подал документы, и всё, а там всё проверяется не один год. Когда все бумаги собраны, тебе вроде бы дают добро, но потом еще на полгода твое изобретение выставляют в Сети, чтобы кто-то мог заявить, что ты не первый. Нервов не хватило!

У художника нет ни наград, ни званий, да они ему и ни к чему. Говорит: «Будет медалька, не будет, мне без разницы, я сам знаю, кто я». Зато он более десяти лет читает мастер-классы, и отдача от слушателей для него главная награда.

– Перед мастер-классом я всегда волнуюсь: понравится им или не понравится. Дважды были ситуации, после которых я внутри чувствовал, как будто что-то недосказал и не дал того, чего должен был. Это чувство неприятное. Со стороны его не видно, но внутри понимаю, что я мог еще лучше, в разы лучше выдать. После мастер-классов я чувствую себя выжатым лимоном, хочется лечь в уголке и уснуть крепким сном. Но отдача говорит, что ты всё не зря делал.

Два больших проекта

Фото: «Комсомольская правда – Тюмень».

Игорь признается, что главная задача художника – продать как можно больше картин. Его же задача – как можно больше картин сохранить. Если и продает, то с условием, что сможет повторить идею. Сейчас в работе у мастера находятся два больших проекта, один из которых «Великий шелковый путь».

– Представляете, 500 картин общей протяженностью 1 километр и размерами 2х2 метра. Я уже написал больше 100 метров проекта, но, к сожалению, некоторые приходится продавать и заново восполнять пробелы, чтобы набрать километр. Чтобы идея никуда не ушла, я никому не показывал эти картины почти пять лет. Потом сдался и показал первые 80 метров.

Второй проект – «Божественная комедия» по мотивам произведения Данте Алигьери. Как и в поэме, картины поделены на «Ад» (9 произведений, как девять кругов ада), «Чистилище» (7 произведений) и «Рай» (9 соответственно). Всего 25 картин общей площадью 400 квадратных метров и размером 4х4 метра.

– «Комедию» я делаю и переделываю, конца и края нету. Несколько лет бьюсь над восемью работами, как их напишу, остальные быстрее пойдут. Они должны быть сразу и похожи друг на друга и крайне отличаться.

Фото: «Комсомольская правда – Тюмень».

Своими самыми интересными картинами Игорь называет «Распутина», «Золотого дракона», произведение «Ом», «Тысячу и одну ночь» и «Потоп» в стиле библейской легенды. А еще не так давно сделал картину-сферу, к которой нужно подойти с разных углов, чтобы увидеть «всё, что хотел сказать автор».

Больше всего Rene Reza нравятся новые фишки в своем же придуманном стиле живописи. Если буквально: открытие внутри открытия. С этим чувством он и двигается дальше по жизни.

– Впереди много плодотворной работы. Будут инсталляции, новые проекты. Дай бог, проживу еще много лет, чтобы воплотить всё в реальность!