Фото: Юрий Медяник - официальная группа, ВК.
Тюменский филармонический оркестр перестал быть просто региональным коллективом. Сегодня он звучит на Шанхайском фестивале искусств, записывает дебютные диски со звездами оперы и заставляет тысячи людей слушать классику так, будто это премьера мирового блокбастера, пишет «ФедералПресс».
Художественный руководитель и главный дирижер Юрий Медяник рассказал, зачем скрещивать Чайковского с рэперами и почему спасение культуры начинается не с денег, а с честности.
От регионального статуса до топ-5 России
До прихода московского мультиинструменталиста Юрия Медяника оркестр был крепким провинциальным брендом. Однако амбиции нового руководителя расширили географию: в 2025 году случились первые международные гастроли за всю историю коллектива — выступление на Шанхайском фестивале искусств, а также дебют на сцене Санкт-Петербургской академической филармонии имени Шостаковича.
«Губернатор произнес фразу, что оркестр должен войти в топ-5 симфонических оркестров России... Этот рейтинг нематериален, о нем говорят в профессиональном сообществе», — рассказывает Юрий Владимирович.
По словам маэстро, отношения внутри коллектива строятся на абсолютном доверии:
«Для творческого человека очень важна реализация... Тот инструмент, к которому меня пригласили здесь, — Тюменский филармонический оркестр. Когда мы познакомились друг с другом, мы вместе зазвучали».
Чайковский встречает хип-хоп: формула выживания классики
Медяник известен разрушением жанровых границ. Он убежден: симфонический оркестр — не музейный экспонат, а универсальный инструмент, который должен отвечать реалиям времени.
«Симфонический оркестр способен впитать то, что вокруг него существует... Когда-то звук церковного колокола был самым громким потрясением. Какой у нас сейчас самый громкий звук? Проезжающая машина с сабвуфером. Нас уже не удивить этим», — рассуждает дирижер.
Эта философия вылилась в смелые коллаборации. На фестивале «Лето в Тобольском кремле» оркестр играл с Леонидом Агутиным и Матвеем Мельниковым (Мотом).
«Матвей мне сначала не верил. Он говорил: "Ты что, симфонический оркестр – это вершина Олимпа, а мои песни – это просто классная музыка". Да, это классная музыка, и их можно совместить», — объясняет худрук.
Апогеем стал проект «Мы первые», посвященный Юрию Гагарину, где на одной сцене объединились более 150 человек: симфонический и военный оркестры, хор, балет и сложный видеомэппинг.
Анатомия дирижера: от поиска спонсоров до психологии
В массовом сознании фигура дирижера окутана романтическим флером небожителя с палочкой. Реальность жестче.
«Профессия дирижера – это очень сложная история, потому что ты не просто музыкант. Дирижер – это еще и психолог для своего коллектива, это еще и в какой-то мере даже психиатр».
За два часа до концерта Медяник превращается в кризис-менеджера корпорации из 70 ранимых личностей: ищет спонсоров, решает, какой инструмент обновить, и думает, как рассадить струнников. Но главная награда наступает в секунду первого шага на сцену перед полным залом.
Свою главную мечту маэстро формулирует без пафоса:
«Я мечтаю, чтобы люди были не жестокими. Если люди будут больше понимать, что оставили нам предки в искусстве, жестокость пройдет».
Подписывайтесь на наши социальные сети и мессенджеры в «Дзене», Telegram, VK и «Одноклассниках». А если глушат мобильный интернет, не забывайте, что «Комсомольская правда» находится в «белом списке» и вы можете ее читать даже при отсутствии сети.