Русские сначала холодные, потом — свои: откровения эквадорца, который стал медбратом в Тюменифото

Эквадорец рассказал, как адаптировался в Тюмени и завоевал доверие пациентов в местной поликлинике Фото: Анна Горлач

В тюменской поликлинике № 5 среди привычных лиц медперсонала выделяется один сотрудник — Наранхо Браян Адриан Туаломбо. Улыбчивый смуглый парень из далёкого Эквадора сегодня — востребованный медбрат, а ещё несколько лет назад он едва понимал по-русски и с трудом ориентировался в новой для себя стране. В беседе с «Комсомольской правдой — Тюмень» Браян рассказал, как адаптировался в России, что его удивило в российской медицине, и какие открытия он сделал о местных жителях.

О мечте и лекциях на диктофон

Браян родился в деревушке Гуаранда, а вырос в столице Эквадора — Кито. Его родители — бизнесмены, владеющие типографией. После колледжа он год размышлял о будущем, затем, 10 лет назад, поступил на химический факультет в Тюмени, но мечта о медицине не отпускала.

– Я пытался поступить в медицинскую академию, но не набрал нужного количества баллов, — вспоминает Браян. — Тогда я решил не терять времени: подтянул знания по химии, улучшил владение языком — и в итоге всё таки поступил. Я всегда мечтал учиться в другой стране — вариантов было много, но я выбрал Россию: большая страна с множеством университетов. К тому же в Эквадоре врачам с зарубежным образованием доверяют больше.

Первые месяцы в России дались нелегко. Поначалу, как он говорит, было даже страшно: незнакомая страна, быстрый темп лекций, языковой барьер.

– Но я всегда выбираю самый сложный путь — наверное, потому что верю: чтобы добиться чего то большого, нужно преодолеть трудности. Особенно тяжело пришлось на первом курсе: я не успевал всё прочитать, а преподаватели читали лекции так быстро, что я не мог записывать их в тетрадь. Тогда я начал делать аудиозаписи — потом дома переслушивал их, проверял свои записи, и стало намного легче. Сейчас я говорю вполне сносно: заметно, что я иностранец, но речь понятная, и я уже не ищу подолгу нужные слова, — улыбается он.

Тюмень Браян выбрал из соображений практичности: здесь дешевле учиться, чем в других крупных городах. Кстати, образование получал он в обычной группе с русскими студентами — общение с ними стало лучшим способом освоить язык и влиться в новую среду.

Браян ассистирует на операциях в ОКБ № 1 Фото: из личного архива Наранхо Браяна

О сложных операциях и народной медицине

По словам Браяна, российская система здравоохранения даёт больше возможностей получить бесплатную и оперативную помощь. В Эквадоре же в государственных клиниках мало специалистов, очереди растягиваются на месяцы, а сложные операции – только платные. Например, в больницах на его родине операции на открытом сердце в среднем проводят 3–4 в год, а в Тюмени – каждый день. Он раза три в неделю ассистирует на них в ОКБ № 1 — это отличная возможность получить практику.

– Зато в Эквадоре к народной медицине относятся с большим доверием — порой она даже заменяет поход к врачу. Мой дедушка — травник, он хорошо разбирается в целебных растениях. Но в своей врачебной практике я вряд ли стану рекомендовать народную медицину, хотя, если помогает — почему бы и нет? Многие лекарства ведь тоже сделаны на основе натуральных ингредиентов. В Эквадоре с пустяковыми болезнями, каким считают и грипп, вообще не ходят в поликлинику. Сначала я удивлялся, зачем в России делают прививки от гриппа, но потом понял: на родине, наверное, из-за климата он переносится легче, а здесь у людей часто возникают серьёзные осложнения — отит, пневмония.

Об уроке из детства

В памяти Браяна навсегда остался один тяжёлый эпизод из юности. Когда то, в 15 лет, он сломал руку — боль была невыносимой. После операции подросток оказался в тёмной палате совсем один. Он умолял медсестру дать обезболивающее, но та сидела рядом за компьютером и словно не замечала его страданий. Никто не обращал на него внимания. Этот случай врезался в память на всю жизнь — и научил главному: медработник ни в коем случае не должен проявлять равнодушие к пациенту.

Теперь, когда Браян сам работает в медицине, отзывчивость он ставит на первое место.

Поначалу пациенты нередко относились к нему настороженно Фото: Анна Горлач

О своих пациентах

Один из самых запоминающихся случаев из его практики – лечение лежачего пациента с эпилепсией и тяжёлыми пролежнями. Врачи считали, что помочь практически невозможно, но Браян полгода ухаживал за больным — и раны зажили.

– Мне было очень жалко этого дедушку: ему помогала только жена, но она тоже была в возрасте и вряд ли справилась бы сама, — делится он.

Поначалу пациенты нередко относились к нему настороженно: стоило им узнать, что он иностранец, как в глазах читалось сомнение — справится ли, хватит ли квалификации, а главное – поймет ли? Но стоило объяснить ход лечения, показать, что всё под контролем, и доверие возвращалось.

– За два года работы здесь никто на меня не жаловался, – улыбается медбрат. – Конечно, и здесь есть проблемы, которые нужно решать. Пациенты говорят мне, что не могут попасть к врачу. В Тюмени много хороших специалистов, но нужно как-то открывать больше слотов. Еще иногда случается так, что пациенту нужна госпитализация, а он отказывается — и мы пытаемся лечить его дома.

Сейчас родные Браяна, когда делают какие то анализы, отправляют результаты ему — просят оценить, всё ли в порядке или пора начинать лечение.

– Например, мама жалуется на здоровье — я советую ей, что принимать, а потом рекомендую сдать анализы. Но есть сложность: трудно найти нужные препараты. В России много аналогов, а в Эквадоре выбор меньше. Приходится покупать то, что есть.

О танцах

Адаптация шла не только через учёбу и работу. Любитель танцев Браян открыл для студентов — бачату и сальсу. Сначала он стал помощником преподавателя в школе танцев, затем создал собственную группу в медакадемии.

– Я ходил в танцевальную школу не столько танцевать, сколько общаться: нашёл там друзей. Потом я создал свою группу и занимался со студентами. Это помогло мне адаптироваться, обрести уверенность в себе и завести новые знакомства. У нас в Эквадоре танцуют все. Считается, что парень должен уметь танцевать, если хочет ухаживать за девушкой. А тут на занятия чаще приходят девушки, а парней приходится уговаривать — и танцуют они, как роботы. В университете я пытался объяснить, что танцы — это не просто красивые движения. Они помогают справиться с проблемами суставов, предотвратить их появление, а иногда даже вылечить.

Адаптация шла не только через учёбу и работу Фото: из личного архива Наранхо Браяна

Об искренности

Он подмечает особенности местных жителей:

– До приезда сюда я знал про Тюмень только то, что тут очень холодно, и переживал из за этого. Но здесь я встретил замечательных людей и понял, что россияне особенные: сначала они кажутся холодными, но когда узнаёшь их получше, они раскрываются — и ты видишь, какие они хорошие. Доверие и улыбку здесь нужно заслужить. Зато это искренне, от души, а не дежурная вежливость.

О старшем поколении

Ещё одно наблюдение касается семейных традиций. В Тюмени многие пожилые люди живут одни, сами справляются с бытовыми вопросами. В Эквадоре, напротив, стариков забирают к себе старшие дети – подметил Браян.

– Когда я прихожу к таким пациентам на вызов, они порой долго рассказывают мне о своей жизни — а я сижу и слушаю, — говорит он. — Это важно — дать им возможность выговориться.

Дома Браяна ждут родители, брат и сестра. Она тоже учится в России — мечтает стать актрисой и сейчас осваивает актёрское мастерство в Казани. В его семье до него не было врачей — он первый, но всегда ценились образование и помощь людям, поэтому он и выбрал эту профессию.

О девушках

– Когда я приезжал в Эквадор на каникулы, друзья спрашивали меня про русских девушек. Я рассказывал, что они любят внимание и не простят, если будешь смотреть на другую: здесь девушки более ревнивые. У нас, мне кажется, чаще бывает так, что парни и девушки просто дружат — русская девушка в такое вряд ли поверит.

О кухне

– К русской кухне пришлось привыкать: на родине гораздо больше блюд из морепродуктов. Как то он попробовал холодец — не впечатлило. Зато понравился борщ и плов. Дома он готовит привычные блюда, например «Гуатиту»: для неё нужны говяжий рубец, арахис, перец, кинза, красный лук, картошка с рисом и острый соус. Готовится это блюдо долго — целых шесть часов.

Фото: из личного архива Наранхо Браяна

О конфетах

– Отличительная особенность благодарности врачам: в России пациенты часто дарят сладости, в Эквадоре — фрукты.

О планах

Браян планирует остаться в России ещё лет на десять, чтобы получить здесь бесценный опыт.

– Я хочу остаться в России, чтобы развиваться в своей специальности. Скоро заканчивается ординатура, и я планирую найти работу хирурга. После её окончания я получу вид на жительство. Но когда нибудь я вернусь на родину и хочу открыть там кардиологическое отделение, чтобы поделиться этим опытом, — делится планами медбрат.

По его словам, образование и протоколы лечения здесь и там одинаковые, достаточно будет пройти аккредитацию.

– Если бы я мог обратиться к себе 10 лет назад, я бы сказал: «Не волнуйся, говори больше, не стесняйся, одевайся потеплее и рискуй!» Часто иностранцы общаются только со своими, а лучше расширять круг знакомств.

Сегодня Браян – не просто медбрат в тюменской поликлинике, а человек, который соединяет две культуры, помогает пациентам и верит, что его опыт пригодится и в России, и на родине Фото: Анна Горлач

Сегодня Браян – не просто медбрат в тюменской поликлинике, а человек, который соединяет две культуры, помогает пациентам и верит, что его опыт пригодится и в России, и на родине.

Ранее «Комсомольская правда – Тюмень» рассказывала о кардиологе из Йемена, который выбрал работу в Вагайском районе за «особенный воздух».

Подписывайтесь на наши социальные сети и мессенджеры в «Дзене», Telegram, VK и «Одноклассниках». А если глушат мобильный интернет, не забывайте, что «Комсомольская правда» находится в «белом списке» и вы можете ее читать даже при отсутствии сети.