
Быть пилотом – это видеть не только красивые закаты и рассветы, но и нести большую ответственность за работу, а еще за пассажиров. Максим Пырков 14 лет проработал пилотом и не так давно ушел на пенсию. Его профессиональный путь был предопределен чуть ли не с самого детства. Ситуации за годы работы были всякие, но любовь к авиации осталась навсегда.
– У меня отец был пилотом военной авиации. Воевал в Афганистане, был ликвидатором ЧП на Чернобыльской АЭС. А я такой ребенок – рожденный от ликвидатора. Отец 17 лет проработал в гражданской авиации. Собственно, выбора у меня и не было. С четырех лет я уже находился с папой в кабине самолета. Сидел у него на коленках, держался за штурвал, – вспоминает Максим.
Мужчина любит то, чем он занимается и даже уйдя на пенсию он надеется, что вернется к работе в скором времени вновь. Видео предоставлено героем материала
За его плечами большой опыт работы, однако волнение присутствует до сих пор, и, по словам пилота, так и должно быть.

– Я налетал уже более семи тысяч часов, – рассказывает Максим. – Того волнения, что было в самом начале, нет. Есть другое. У любого адекватного человека есть страхи, переживания. И наверное, командирам судна, инструкторам, кем я и являюсь, больше платят не за профессиональные навыки, а за то, что они умеют брать ответственность. Командир отвечает за многое, в том числе за подготовку людей, которые с тобой находятся на борту, за весь экипаж и за всех пассажиров, а это ни много ни мало почти 200 человек. Понятно, что при отказе авиационной техники или в каких-то щекотливых ситуациях волнение присутствует, и оно должно быть! Бесстрашным в этой сфере быть нельзя. Нужно адекватно оценивать риски. У нас не военная структура, перед нами не стоит задача выполнить полет любым путем. Есть иногда такие моменты, когда нужно задуматься: а стоит ли тебе лететь? Да, в плохую погоду можно уйти на запасной аэродром, где-то нужно уйти на второй круг, но самое главное – безопасный исход полета для пассажиров и экипажа.
Максим признался, что и в его практике щекотливые ситуации случались.
– Ой, много было интересного, – говорит он. – Однажды разгерметизация была и закрылки не выпускались. Слава богу, конечно, в кукурузном поле не садился. Оба двигателя не отказывали. Самое главное в такие моменты – сохранять спокойствие, понимать, как действовать. Я и молодым пилотам объясняю, что нужно всегда «лететь» впереди самолета. Если ты за ним, а он впереди, ты не можешь тут, как на машине, поставить на стояночный тормоз и подумать, что делать дальше. Всегда нужно предпринимать превентивные меры: и в аварийной ситуации, и в нормальном полете.

Экипаж на рабочем месте должен быть как одна крепкая семья.
– Иногда происходят ситуации, которые не описаны в книжках, – рассказывает пилот. – И тут приходится порой импровизировать. Возьмем случай пожара в «Суперджете», как там эвакуировали людей. Некоторые неправильно интерпретируют работу бортпроводника. Есть пассажиры, которые думают, что это просто официант в небе, а на самом деле это не так! Это люди, которые могут спасти вашу жизнь и жизнь пилотов, вытаскивая их из горящей кабины,
Оказывается, у некоторых пилотов есть и определенные правила, ритуалы и суеверия. Правда, сам Максим относится к этому нейтрально и старается не заострять на таких моментах внимание.

– Я видел ребят, которые крестятся перед взлетом. Кто-то читает «Отче наш», а если человек мусульманин, то читает свою молитву. Религиозная история неприкосновенна: если человеку нравится – окей, главное, чтобы каждый свои обязанности выполнял. Есть пилоты, которые не говорят слово «последний», только «крайний», – поделился Максим.
Сейчас он находится на пенсии, но признается, что ставить крест на карьере пилота еще не готов. Поэтому рассматривает разные варианты трудоустройства. В том числе за границей.

Одного рвения и желания быть пилотом недостаточно. Стать им может далеко не каждый, и дело тут не только в результатах ЕГЭ. Помимо образования, знаний, обучения нужно иметь практически железобетонное здоровье.
– Мне повезло, я ЕГЭ не сдавал, и я уже достаточно немолодой человек. А нынешняя молодежь сдают экзамены. Допустим, в тот вуз, где учился я, в среднем нужно набрать 200 – 240 баллов. Это означает, что, если человек хочет стать пилотом, он должен учиться хорошо, а еще пройти медкомиссию: зрение, слух, сердце и так далее. Можно быть очень умным и очень мощным спортсменом, но если есть беда со зрением, слухом или чем-то еще, то путь в гражданскую авиацию может быть закрыт, – объяснил Максим.
Он честно и открыто рассказывает о гражданской авиации в своем блоге. Его читают не только начинающие и мечтающие стать пилотами люди, но и коллеги. Позиция Максима не всегда совпадает с мнением других людей, и периодически бывают проблемы.
– Мой блог не очень ванильный, – говорит Максим. – Он более такой правдивый. Об авиации рассказываю как есть. С теми проблемами, которые присутствуют. Есть много ребят, которые просто показывают красивую картинку, облачка, взлеты, посадки. Но сплошной негатив не транслирую.

Он придерживается позиции, что безопасность должна быть на первом месте, но и с людьми важно налаживать доверительный контакт.
– Я иногда пассажирам по прилету включал песни по громкой связи, и считаю, что это нормально. Ты создаешь в самолете неформальную атмосферу, и аэрофобы более расслабленно себя чувствуют. Они видят, что ты шутишь, рассказываешь что-то интересное. Я думаю, что это дружеская, доверительная атмосфера и она должна быть в самолете, – поделился пилот.